Алфавитный каталог

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

1 2 3 4 5 7 8 9 A B C D E F G H I L M N O P R S T U V W Z К О С

Главная » Фильмы » ЯН ШВАНКМАЙЕР. ВСЕ КОРОТКИЕ ФИЛЬМЫ

ЯН ШВАНКМАЙЕР. ВСЕ КОРОТКИЕ ФИЛЬМЫ

Режиссер: Шванкмайер, Ян

 

ЯН ШВАНКМАЙЕР. ВСЕ КОРОТКИЕ ФИЛЬМЫ. ч. 1, 2 Jan Svankmajer - The Complete Short Films. Late Shorts. 1979-88 АУДИО: ЧЕШСКИЙ; СУБТИТРЫ: АНГЛИЙСКИЕ слов мало

аванг. сюрреалистич. кукольная анимация, коллажи

1992 — Еда / Jidlo (Food)

1990 — Смерть сталинизма в Богемии (The Death of Stalinism in Bohemia)

1989 — Флора (Flora)

1989 — Тьма-свет-тьма / Tma/Svetlo/Tma (Darkness-Light-Darkness)

1989 — Анимированные автопортреты (Animated Self-portraits)

1988 — Мясо любви (Meat Love)

1988 — Мужские игры / Muzne hry (The Male Games)

1988 — Другие виды любви (Another Kind of Love)

1983 — Маятник, колодец и надежда / Kyvadlo, jama a nadeje (The Pendulum, the Pit and Hope)

1983 — Вниз в винный погребок / Do pivnice (Down to the Cellar)

1982 — Возможности диалога / Moznosti dialogu (Dimensions of Dialogue)

1980 — Падение дома Ашеров / Zanik domu Usheru (The Fall of the House of Usher)

1979 — Замок Отранто / Otrantsky zamek (The Castle of Otranto)

1972 — Дневник Леонардо / Leonarduv denik (Leonardo’s Diary)

1971 — Бармаглот / Zvahlav aneb Saticky Slameneho Huberta (Jabberwocky)

1970 — Костница / Kostnice (The Ossuary)

1970 — Дон Жуан / Don Sajn (Don Juan)

1968 — Спокойная неделя в доме / Tichy tyden v dome (A Quiet Week in the House)

1968 — Сад / Zahrada (The Garden)

1968 — Пикник с Вайсманном / Picknick mit Weissmann (Picnic with Weismann)

1968 — Квартира / Byt (The Flat)

1968 — Естественная история (Historia Naturae)

1966 — Панч и Джуди / Rakvickarna (Punch and Judy)

1966 — Et Cetera

1965 — Игра с камнями / Hra s kameny (A Game with Stones)

1965 — И. С. Бах. Фантазия в соль миноре / Johann Sebastian Bach: Fantasia G-moll (J.S.Bach — Fantasy in G Minor)

1964 — Последний фокус господина Шварцвальда и господина Эдгара / Posledni trik pana Schwarcewalldea a pana Edgara (The Last Trick)

Полная коллекция коротких фильмов Яна Шванкмайера - все 26 фильмов легендарного чешского сюрреалиста-аниматора. Из чего прорастают чудеса? Из сора, конечно, из чего же еще: из тряпиц, деревяшек, проволочек. Из нехитрых оптических трюков. Из подсознательных бездн. «Анимация – магия, аниматор – шаман», - заметил как-то Ян Шванкмайер. Режиссер знает, о чем говорит: в его послужном списке - десятки мультипликационных короткометражек. Разнородные опусы - фильмы, инсталляции, коллажи, керамика - в совокупности образуют самобытный и на удивление цельный авторский мир, диковинную коллекцию «Кабинета Яна Шванкмайра» (так британские почитатели пражского маэстро, братья Квэй, назвали фильм-подношение учителю).

Нужно заметить, что из всех европейских стран именно Чехия оказалась наиболее восприимчива к эстетическим проповедям гуру сюрреализма. Местные авторы мгновенно переняли у французских собратьев интерес к подсознанию (и писаниям доктора Фрейда), к фабулам сновидений, к автоматическому письму, к стыку разнородных форм и понятий. Увлечение абсурдом и черным юмором, наконец. При этом славянский сюрреализм был изначально мягче галльского, а послевоенный коммунистический обиход и вовсе вытравил из него парижскую моду на левацкий пафос. Чешских сюрреалистов изъяны мироустройства как такового и парадоксы людского естества заботили куда сильней, чем огрехи буржуазного строя и нелепости окрестного социализма. Навык «общения» с куклой, опыт постановщика и сценографа вертепных зрелищ оказали, несомненно, определяющее воздействие на кинематографическую практику Яна Шванкмайера (он начинал в кукольном театре). Уже дебютный фильм режиссера с показательным названием «Последний трюк» (1964) был межродовым гибридом пантомимы, анимации и трюкового кино. Живые актеры в идолоподобных масках (контрастный стык «живой» мимики и омертвелых личин) больше всего напоминали исполинских кукол. Они изображали двух эстрадных иллюзионистов, ведущих на сцене непримиримую профессиональную дуэль. Эта сшибка амбиций вела противников к неминуемому саморазрушению. Состязание (агон) – базовый ценностный принцип европейской цивилизации, но не следует забывать, что от того же греческого корня происходит и другое слово – агония. Ян Шванкмайер столкнул оба смысловых ряда. «Агонной» теме (которая, впрочем, трансформировалась и, видоизменяясь от опуса к опусу) суждено было пройти через большинство его последующих лент.

Шванкмайер обмолвился однажды, что кукла для него не просто игрушка, не бездушный реквизит - она объект во многом сакральный, рукотворное существо, в котором брезжит какая-то потаенная жизнь: «Куклы вросли в мое сознание, стали частью персональной мифологии. Я возвращаюсь к ним вновь и вновь, потому что чувствую тайную связь этих фигурок с потусторонним миром. Обращаюсь к ним за защитой, когда нависает беда. Создаю самодельных големов - чтоб они охранили меня от погромных атак реальности».

Следующая картина режиссера «Бах» (1965) – визуальный эквивалент короткой органной пьесы - была по сути дела одним из первых опытов создания абстрактного клипа. Строгую мелодию Иоганна Себастьяна интерпретировали не мимы или танцовщики – мелькание выбоин в стенах пражских домов, узоры оконных решеток и дверных трещин. Режиссер взял на вооружение не только лихость монтажа молодого Эйзенштейна, он заимствовал и энергию сшибки разнородных фактур – от дадаистских коллажей Курта Швиттерса. Именно в фильме «Бах» впервые проявил себя настойчивый интерес Шванкмайера к тактильным аспектам видимого мира: автор принудил зрителя не просто наблюдать предмет, но буквально «ощупывать» его взглядом. Первой короткометражкой Шванкмайера без масок и кукол, с живыми актерами во плоти, стала «Квартира» (1968). Но и здесь не обошлось без визуального коллажа - без трюковых съемок, без метаморфоз обиходных предметов (во вкусе «иллюзий» раннего немого кино). Базовая метафора «безвыходной комнаты» отсылала не только к сочинениям Кафки, а заодно и к «миру-навыворот» кэролловского зазеркалья.

В 1971 году режиссер снял «Джабервоков», одну из наиболее совершенных своих анимационных лент. Свой первый по счету трибьют Льюису Кэроллу – простодушному гению викторианского абсурда (второй – полнометражная фантазия «Алиса» появился значительно позже, в 1987 году). Златокудрые красавицы из матового фарфора - антикварные куклы малолетних аристократок - предаются в кадре беззастенчивому каннибализму, чинно вкушая конечности свежесваренных пупсов. Шванкмайер спроецировал на экран больное подсознание «эпохи невинности», сделав акцент на теме инфантилизма: нерасчленимого единства жестокости и наива.

Лучшие фильмы восьмидесятых - «Возможности диалога» (1982) и «Мужские игры» (1988) - были новым обращением к излюбленной Шванкмайером теме агона. Автор экспериментировал в них с различными анимационными техниками («оживлял» профили, выложенные из разносортного хлама, играл податливым пластилином, сводил в одном кадре живого актера и мультипликационных «гомункулусов»).

Адептам «лирической» анимации опусы Яна Шванкмайера видятся искусством неблагостным и агрессивным. Да и сам режиссер кое в чем согласен с оппонентами: «Время, в котором мы живем, принуждает поэта занять наступательную позицию – только так он может сберечь цельность своего мира. Потому мистификация и юмор (а вовсе не лирика) являются для меня наиболее предпочтительным оружием». Чешский трюкач жонглирует «запретными» мотивами (эрос-насилие-смерть), демонстративно преступает границы «приличий». С «гормональными» играми связаны и регулярные вспышки экранного насилия. Они, однако, уморительно смешны. Режиссер вымарывает из своего словаря понятие боли, оттого даже летальные финалы не кажутся в его фильмах «полной гибелью всерьез». Неотступное присутствие смерти, тем не менее, весьма ощутимо в выверенном мирке шванкмайеровского «балагана». Для Шванкмайера смерть не просто биологический акт - субстанция запредельного, пропитывающая собой посюсторонний мир. Она прячется в остовах сотворенных им монстров, в «запчастях» человеческих тел (своих франкенштейнов он одаривает всамделишными стеклянными глазами и челюстными протезами). Но смерть можно «приручить», «одомашнить». Как сделали это насельники францисканского монастыря, выполнившие прихотливый декор барочной капеллы из бренных косточек почивших братьев (о том – «неигровое» кино «Костница»/«Оссуарий», 1970). Преодоление смерти – в осмеянии страха перед ней. B самом трюке аниамирования (сиречь «оживления»). В акте творчества. Кукла ведь - вне человеческой воли - сама по себе ни жива, ни мертва...



Разработка сайта - веб-студия "Каспер"